Интервью с Джоном Бон Джови

О политке, смелости и потребности в массаже головы

Marcel Anders, Reader's Digest
Январь 2010 г.

Вот уже почти три десятилетия минули с тех пор, как легендарная "Runaway" стала точкой отсчета в его мегауспешной карьере, но уроженец Нью Джерси, певец Джон Бон Джови, по прежнему обладает той уникальной мальчишеской усмешкой, что разбивала тысячи юных женских сердец по всему земному шару. Тем не менее, в разговоре с Reader's Digest отец четырех детей заявил, что уже давным-давно вырос из образа беззаботного паренька в эластичных штанах из спандекса. И хотя 47-летний рокер до сих пор прекрасно знает, как зажечь массы, тем не менее его заботит множество других вещей, выходящих за рамки его сценической деятельности.

Ты сам заявлял, что в 2009 году группа не будет выпускать ничего нового. Почему же тогда мы имеем альбом The Circle?

Потому что я лжец (смеется). Но так оно и есть. В этом году мы намеревались записать всего две или три песни для альбома лучших хитов. Но в октябре 2008-го произошли изменения в мировой экономике. В ноябре в Америке выбрали нового президента. Так что, появилось много тем для обсуждения и мы со своей стороны не могли не включиться. Никто и глазом не успел моргнуть, как у нас появились песни не только для сборника лучших хитов, но и для целого нового альбома!

Но саунд нового альбома довольно сильно отличается от того, что вы делали последние 20 лет. Многие вещи вполне могли оказаться на альбоме Coldplay.

Да, но как тогда насчет таких гимнов, как We Weren't Born To Follow? Если это не мы, то кто?! Это рок-альбом, здесь не должно возникать вопросов. Другое дело, что мы пытаемся еще кое-что сказать: время несколько изменилось и на передний план выходят вещи отличные от привычных "больше, лучше" и "мне, мне, мне". После 8-летнего правления Буша Америка снова поверила в перемены и с новым президентом готова мыслить по-новому.

Эйфория, присутствовашая в начале президенства Обамы, все еще остается?

Не такая, как была в ноябре прошлого года. Но я разочарован политиками, находящимися по другую сторону политического забора, которые занимаются тем, что раздувают бурю в стакане воды и пытаются вселить страх в тех, кто не очень хорошо разбирается в некоторых насущных вопросах. Такие люди очень легко поддаются влиянию СМИ.

Что ты имеешь в виду?

Например, президент работает не покладая рук над реформой здравоохранения. Миллионы людей в США не имеют медицинской страховки, но против реформы выступает определенная группа лиц, зарабатывающая огромные деньги на существующей сейчас системе медицинского страхования. Это производители лекарств, доктора и страховые компании. С одной стороны, они действуют в рамках закона. Но с другой, я терпеть не могу слышать подобную ложь: "Да, все хорошо, но эта система не работает в Канаде и Великобритании". И даже хуже, когда я слышу, как некоторые СМИ доходят до того, что обвиняют Обаму в том, что он хочет избавить страну от пожилых людей и сравнивают его идеи с нацистскими. Это вообще какой-то бред. Неужели они думают, что вокруг одни идиоты?! Достаточно много людей в Америке понимают, что на самом деле имеет в виду президент.

Во время президентской кампании ты также поддерживал Хиллари Клинтон. Если бы ее выбрали президентом, она тоже столкнулась бы с такими проблемами?

Ну, конечно. У любого президента были бы одни и те же проблемы. Даже, если бы президентом стал республиканец, ничего бы не изменилось, противоположный лагерь набросился бы на него с тем же рвением, как сейчас республиканцы бросаются на Обаму. Это проблема в самой политике. Мы перешли ту черту, которая существовала тогда, когда у власти был Джон Кеннеди: оппозиция относилась к президенту с уважением, даже если их точки зрения на вещи оказывались диаметрально противоположными. Сейчас все по-другому. Они по любому поводу клевали Клинтона, Буша младшего, а теперь делают тоже самое по отношению к Обаме. Мы потеряли ту степень уважения, с которой когда-то относились к президентам. Нынче любой считает, что имеет полное право комментировать или обсуждать в блогах, какую одежду они носят, какая прическа у них на голове или просто писать всякую гадость о первых лицах государства. Безумие какое-то.

О чем ваша новая песня We Weren't Born To Follow?

Она о событиях, имевших место во время недавних перевыборов Махмуда Ахмадинеджада в Иране. Эта песня посвящается людям, которые не ждут милости свыше, а самостоятельно пытаются изменить свою жизнь, людям, которые отстаивают свои права, борясь с несправедливостью. Она посвящается таким, как юная Неда (иранская студентка, убитая полицией во время антипрезидентских волнений в Тегеране, ставшая символом иранского спротивления - прим. пер.), которая отдала жизнь за свои убеждения. Она вела за собой, а не была ведомой (leader, not a follower - прим. пер.).

Может, американцам стоило применить военную силу?

Не стоило. И надеюсь, что не придется. Нужно уважать культуру и правительство чужих стран, а с такими ребятами, как Ахмадинеджад нужно быть осторожными. Проблемы с ним нужно разрешать постепенно.

Вам много приходится путешествовать по миру. Может политикам и военным тоже следует делать это почаще?

Несомненно. Ведь меньше трети американцев вообще имеют паспорта. К счастью для нас, за последние 26 лет в составе группы мы имели возможность посетить огромное количество мест во всех уголках планеты. Еще с тех времен, когда стояла Берлинская Стена и между Востоком и Западом шла холодная война, мы в какой то мере являлись послами американской поп культуры в мире. Нам даже удалось посетить страны восточного блока и представить там свою музыку.

Ты можешь представить себя в роли политика?

Шутите? Я не настолько толстокожий.

То есть, ты предпочитаешь сконцентрироваться на том, что умеешь лучше всего: возглавлять группу с мировым именем, чем и занимаешься последние 26 лет?

Совершенно верно. В такую группу очень тяжело попасть, но гораздо тяжелее из нее выйти. В своей взрослой жизни я провел гораздо больше времени с этими ребятами, чем с женой и детьми.

Группа - это как брак без секса?

(посмеиваясь): Да, это твой брак, твоя семья. И я не против такого брака.

Ты не задавал себе вопрос, как долго ты собираешься этим заниматься?

Однозначно я не собираюсь становится вторым Миком Джаггером и оставаться на сцене будучи в возрасте под 70. Но не вижу причин, чтобы остановиться прямо сейчас.

Быть старым - это ужасно?

Мне вообще трудно поверить, что мне уже 47, потому что я все еще чувствую себя восемнадцатилетним. И уверен, что многие ребята моего возраста ответят на этот вопрос точно так же.

А как насчет потери волос, проблемы, с которой сталкиваются многие мужчины в таком возрасте? Британские таблоиды пишут, что для сохранения волос тебе постоянно делают массаж головы. Это правда?

Хотелось бы, хотелось бы. Но моя жена не станет таким заниматься и не думаю, что она будет в восторге, если это будут делать какие-нибудь юные горячие цыпочки. По крайней мере волосы у меня еще на месте. Правда, они все больше и больше седеют. Что делать - жизнь тяжелая.

Вернемся к тому, что ты все время ищешь для себя новые виды деятельности. Эта многозадачность у тебя природная?

Ответ на самом деле прост. Я не из тех, кто почивает на лаврах. Меня гораздо больше мотивируют новые вызовы.

Ты решил, что больше не будешь играть в кино. Почему? Это твое личное Ватерлоо?

Да. И я уже с этим смирился. Я слишком высоко ценю эту форму искусства, чтобы сниматься в фильмах, которые никто не будет смотреть.

А что ты сегодня думаешь о своей первой работе продавца женской обуви? Не стыдишься ли ты по этому поводу?

Ни в коем случае.

Ты был хорошим продавцом?

Ужасным! Я провел так много времени, расставляя товар на полках и вычищая ванные комнаты, что моменты, когда я наклонялся перед какой-нибудь симпатичной женщиной, помогая ей примерить обувь, были для меня всегда чем-то особенным!

Перевод: Евгений Бояркин